Компания южных морей. Кто выбросил деньги в «Южные моря»? Компании тропических морей

Англичане прозвали «мыльными пузырями» (bubbles) авантюристские и жульнические компании, собиравшие деньги граждан под обещания фантастических доходов. Это похоже на наши пирамиды середины 1990-х годов, вроде МММ или «Чары». В качестве источников этих доходов фигурировали самые невероятные прожекты. Главный «мыльный пузырь» – Компания Южных морей, в свою очередь, напоминает наши крупные банки тем, что вкладывала активы преимущественно в финансовые обязательства правительства. Ради своих целей она широко практиковала подкуп высших чиновников и членов парламента.

Компания Мираж Южных морей

Компания Южных морей была основана в 1711 году группой богатых купцов и банкиров и пользовалась протекцией Роберта Харли, лидера тори (консерваторов) и, между прочим, покровителя знаменитого Даниэля Дефо, автора «Робинзона Крузо». В значительной мере её основание было элементом политической борьбы Харли и его группы против вигов (либералов), бастионом которых стал созданный в конце XVII века Банк Англии. При этом была использована хитроумная финансовая схема: держатели государственных обязательств на сумму около 9 миллионов фунтов стерлингов получили в обмен на эти бумаги акции Компании Южных морей. Причем обязательства правительства были переоформлены с некоторым облегчением для казны. Компания стала крупнейшим кредитором государства, а его политика была теперь тесно связана с её интересами.

Парламентским актом ей было предоставлено монопольное право торговли с богатыми землями Южной и Центральной Америки, которые принадлежали в то время Испании. Важную статью бизнеса составляла работорговля – поставка африканских рабов в Америку. Зависимая от компании печать расписывала сказочные доходы, которые должны были получить от этой торговли владельцы акций. В действительности дела компании по разным причинам шли отнюдь не блестяще, но её хозяева терпеливо дожидались своего часа. На новые финансовые манипуляции их вдохновляли события, происходившие в Париже, – фантастический успех аферы Джона Ло.

Новая финансовая схема была еще более грандиозной, чем в 1711 году. Компания предлагала обменять практически весь государственный долг на свои акции по рыночному курсу ценных бумаг. Поскольку 100-фунтовая акция стоила 125–130 фунтов, а облигации государства оценивались по номиналу (100 фунтов), для хозяев компании это была очень выгодная сделка. Держателей облигаций соблазняла перспектива дальнейшего роста курса акций и связанных с этим выгод. Кроме того, компания обязывалась произвести казне крупный платеж наличными, которые могли быть использованы для выкупа облигаций у держателей, не соглашавшихся на предложенный им обмен. Средства для этого платежа предполагалось добыть путем дополнительного выпуска акций компании.

Как только распространились слухи о том, что согласие парламента на принятие закона об обмене ценных бумаг гарантировано, акции взмыли вверх. У правления компании и крупных акционеров были наемные журналисты, поднявшие большой шум вокруг блестящих перспектив компании. Писали, что готовится договор с Испанией, которая откроет свои колонии для английских промышленных товаров, что золото и серебро оттуда рекой потекут в Англию. Назывались фантастические размеры дивидендов, которые будут выплачиваться по акциям.

Росту способствовал наступивший в первые месяцы 1720 года кризис системы Ло во Франции: спекулянты, сумевшие вовремя забрать свои деньги в Париже, теперь инвестировали их в Лондоне. В результате еще до голосования в Палате общин курс акций резко вырос. При окончательном голосовании было подано 172 голоса «за» и только 55 «против».

Закон был быстро утвержден Палатой лордов и подписан Георгом I, который, кстати сказать, уже несколько лет числился почетным председателем компании. Впоследствии стало известно, что среди лиц, получивших значительные «подарки» от компании, была фаворитка короля и две её «племянницы», которые в действительности были внебрачными дочерями монарха.

Через пять дней после вступления закона в силу правление объявило подписку на новую эмиссию – по 300 фунтов за акцию. Вместо одного миллиона фунтов, как рассчитывало правление, было собрано два. Когда успех стал очевиден, объявили еще один выпуск, уже по 400 фунтов. За несколько часов подписка составила полтора миллиона. Безумная жажда обогащения овладела публикой.

Мелкие пузыри

Между тем пример удивительного успеха акций Компании Южных морей породил лихорадку создания новых и новых акционерных обществ. Изобретательные прожектеры выдвигали всевозможные схемы инвестиций, пытаясь поразить воображение скороспелых акционеров. Знатные господа из высшей аристократии соревновались с прожженными дельцами за управление этими «мыльными пузырями». Принц Уэльский (наследник престола) возглавил одну из таких компаний и, по слухам, заработал на этом 40 тысяч фунтов. Всего за короткое время возникло до сотни «мыльных пузырей».

Конечно, среди них были разумные и, в принципе, рентабельные проекты, которые в нормальных условиях могли бы быть общественно полезны и выгодны акционерам. Но беда в том, что учредители компаний на деле не думали о реальных инвестициях, а стремились только загнать повыше курс акций и снять жирный навар. После этого компании лопались, как мыльные пузыри, унося с собой деньги акционеров. Одна из компаний предполагала производить деловую древесину из опилок. Теперь это не кажется фантазией, а в то время, после её краха, люди считали учредителей либо шутниками, либо жуликами. Но возникали компании с совершенно вздорными сферами деятельности, тем не менее, они умудрялись прожить несколько недель или месяцев.

Одна компания собиралась работать над созданием вечного двигателя и пыталась собрать под этот прожект миллион фунтов. Была компания, собиравшаяся переселять обезьян из тропических стран в Англию. Но, кажется, всех превзошел один остроумный авантюрист, создавший компанию «для осуществления весьма выгодного предприятия, характер которого пока не подлежит оглашению». И ведь нашлись наивные люди, отдавшие ему свои деньги в ожидании высоких доходов! Этот финансовый гений выпустил проспект, предусматривавший эмиссию 5000 акций по 100 фунтов каждая. Чтобы заманить как можно больше людей, он объявил, что каждый может стать акционером, внеся авансом сравнительно скромную сумму в 2 фунта стерлингов. Цели компании предполагалось объявить через месяц после подписки, после чего акционерам будет предложено внести остальные 98 фунтов за акцию. За первый год был обещан дивиденд в 100 фунтов на акцию. Когда учредитель открыл утром подписку, толпа жаждущих осаждала его контору. К концу рабочего дня он собрал 2000 фунтов и на следующий день благоразумно исчез из Англии вместе с деньгами.

Разумные люди, видя это безумие, выражали сожаление и опасения. Самым видным критиком был член парламента сэр Роберт Уолпол (1676–1745), один из лидеров партии вигов. Позади у него была бурная политическая карьера, включавшая изгнание из парламента и арест по обвинениям в коррупции, впереди – двадцатилетнее пребывание на посту премьер-министра, репутация одного из самых видных политических деятелей XVIII века и графский титул. По его настоянию правительство предприняло меры против «мыльных пузырей».

Любопытно, что главным противником этих малых «пузырей» была Компания Южных морей, поскольку они оттягивали на себя часть денег, которые могли бы быть инвестированы в её акции. В июне 1720 года вступил в силу закон, запрещавший явочное (без официальной лицензии) учреждение акционерных обществ под угрозой штрафов и тюремного заключения. Этот закон, ставший известным как Акт о мыльных пузырях (Bubble Act), был в силе более ста лет.

Историки расходятся в оценке порядка, возникшего в качестве побочного результата учредительской и спекулятивной мании 1720 года. Есть мнение, что в этой мании была некоторая здоровая основа: учредители во многих случаях действительно могли дать ход предприятиям, использующим уже сделанные изобретения и полезные нововведения. Крах «пузырей» и запрещение свободного учредительства, возможно, задержали на полвека английскую Промышленную революцию, которая сыграла огромную роль в становлении современной цивилизации. Имеется и противоположное мнение, согласно которому эти меры эффективно ограничили возможности финансовых махинаций. Во всяком случае мания учредительства пошла на убыль.

Лондонцы начали смеяться над собой, над абсурдными и жульническими прожектами, которыми они совсем недавно слепо увлекались. Появилась масса карикатур, сатирических сочинений в стихах и прозе, высмеивавших это увлечение. Один типограф выпустил колоду карт, на которых, помимо масти и достоинства, были напечатаны карикатуры и эпиграммы, посвященные «мыльным пузырям».

Спекулятивная мания В эти же летние месяцы 1720 года быстро менялась судьба главного «пузыря» – Компании Южных морей. В обстановке всеобщего ажиотажа курс её акций продолжал повышаться и дошел до 900 фунтов. Скептическое отношение Уолпола к этой лихорадке было широко известно, но его репутация знатока финансовых дел была столь высока, что принцесса Каролина, жена наследника, просила его стать её советником в спекуляциях, которыми она сильно увлекалась. По причинам личного характера, а о них ходили разные сплетни, Уолпол не мог отказать принцессе. Вместе с ней он заработал и себе неплохие деньги. В Лондоне говорили, что эти деньги отчасти пошли на его знаменитую художественную коллекцию. Кстати сказать, это та самая коллекция, которую внук сэра Роберта позже продал России для императорского Эрмитажа.

Спекулянты наживались, акционеры радовались. Но поскольку распространилось мнение, что акции достигли потолка, многие стали распродавать пакеты акций и фиксировать прибыль. Стало известно, что так поступают знать и люди из королевской свиты. Курс упал до 640, что заставило членов правления (директоров) дать указание своим агентам спешно покупать акции. Произошел новый, совершенно искусственный взлет, и к концу августа того лихорадочного года курс достиг рубежа 1000 фунтов. Теперь «мыльный пузырь» раздулся до предела. Он дрожал и трепетал, переливаясь всеми цветами радуги, готовый лопнуть от малейшего дуновения ветра.

Вокруг дел компании стали распространяться сомнительные слухи. Много говорили о фальсификации списков акционеров. Особая тревога поднялась на рынке, когда стало известно, что председатель правления компании сэр Джон Блант и другие директора продают принадлежащие им акции. Пришлось срочно созвать собрание акционеров, на котором высшие должностные лица компании и их друзья старались превзойти друг друга в восхвалении достигнутых результатов и перспектив.

К этому времени Компания Южных морей заняла столь важное место в финансовой системе и общественной жизни страны, что её трудности вызвали большую тревогу в правящих кругах. К королю, который находился в своих владениях в Германии, (он был одновременно курфюрстом Ганновера), были посланы гонцы, которые передали просьбу вернуться в Англию и успокоить публику. Из своего поместья был вызван Уолпол, пользовавшийся большим влиянием в Банке Англии и способный добиться от него поддержки для компании.

Банк не хотел вмешиваться в дела компании, опасаясь за свой престиж. Но казалось, голос всей нации требовал, чтобы банкиры спасли компанию, в чьи акции были вложены деньги тысяч людей, как знатных и влиятельных, так и среднего класса – купцов, ремесленников, фермеров. Падение акций на несколько десятков фунтов вызывало по всему Лондону стон, который отдавался в провинции. Уолпол оказался под сильнейшим давлением. Он согласился составить проект соглашения между компанией и Банком Англии, по которому последний должен был прийти на помощь. Это ослабило панику на рынке, и акционеры приободрились.

От Банка Англии требовали действий по «поддержанию общественного кредита», в сущности – спасения финансов страны, которые стали заложником Компании Южных морей. Правление банка заседало несколько дней почти непрерывно, с участием представителей компании и без них. В конце концов банк согласился открыть подписку на 5-процентные облигации на сумму 3 миллиона фунтов и предоставить эти деньги в ссуду Компании Южных морей на один год. Сначала этот выпуск имел успех, и казалось даже, что намеченная сумма подписки будет собрана за один день. Но очень скоро произошел поворот, и подписка остановилась. Это было воспринято публикой как сигнал катастрофы. Люди кинулись не только продавать акции, но и изымать деньги из Банка Англии. Ему пришлось быстрее выдавать вклады, чем он накануне собирал деньги по подписке на облигации. Банк выдержал напор, но для компании это было равносильно звону похоронного колокола. Акции упали до 130-135 фунтов, в восемь раз по сравнению с пиком, отмеченным двумя месяцами ранее.

Огромные эмиссии акций Компании Южных морей и операции с ними требовали много денег. В отличие от ситуации во Франции, где биржевой бум подпирался эмиссией банкнот банка Ло, в Англии свои векселя типа банкнот выпускали многие частные банки. Эти векселя до поры до времени были равноценны звонкой монете и широко использовались во всех операциях с акциями Компании Южных морей. Падение курса акций компании сделало для многих должников невозможным погашение долгов банкам, а те, в свою очередь, попали в трудное положение. Близкий к компании банк «Сорд лейд» оказался не в состоянии выплачивать звонкую монету по своим бумажным обязательствам. Под сомнением оказались векселя других банков. Все это означало не просто обесценение акций одной компании, хотя и крупнейшей, но кредитный кризис, который ударил по экономике всей страны.

Видя бесплодность своих усилий спасти компанию и опасаясь, что ураган сметет их самих, члены правления Банка Англии решили отказаться от выполнения соглашения, подготовленного Уолполом. В результате акции обесценились еще больше.

Само собой разумеется, что стали искать виноватых. Поскольку крах компании потряс всю нацию, было начато парламентское расследование. Комиссия быстро обнаружила несколько постыдных эпизодов и пообещала полностью разоблачить преступников. Но она выставила напоказ и неразумность народа, который предался азартным биржевым играм, как самый безрассудный игрок. В последующие месяцы парламент держал дело рухнувшей компании в своих руках и сам определял наказания.

События «года пузырей» оказали заметное влияние на всю общественную жизнь, на поведение людей. Вдруг оказалось, что за несколько часов можно составить состояние, которое при нормальном ходе дел потребовало бы многих лет упорного труда и воздержания. Беспечность и расточительность стали обычны даже среди людей осторожных и бережливых. Люди, которые благодаря удачной биржевой игре стали богачами, вели себя с возмутительной наглостью. Особенно это относилось к директорам Компании Южных морей, хотя ранее многие из них были людьми безупречной репутации.

Между тем во многих городах собрания местных акционеров Компании Южных морей при участии других граждан принимали обращенные к парламенту петиции с требованием примерно наказать виновных и взыскать с них потерянные людьми деньги. При этом, однако, никому не приходило в голову порицать себя и соседей за легковерие и алчность, за жажду легкой наживы. Нет, по всеобщему представлению, англичане были честным и трудолюбивым народом, ограбленным бандой стяжателей, которых надо повесить, колесовать, четвертовать...

Таково же было настроение в обеих палатах парламента, хотя, как скоро выяснилось, у иных из членов рыльце было изрядно в пушку. Поскольку античные ассоциации были в моде, один из ораторов в верхней палате требовал для директоров компании той же казни, какой в Древнем Риме карали отцеубийц: их, зашитых в мешок, бросали в Тибр. Разумнее других был Уолпол, который настаивал на том, что ликвидация нанесенного ущерба и восстановление общественного кредита важнее наказания виновных. Он говорил в палате общин: «Если бы Лондон горел, то все благоразумные люди стали бы прежде всего гасить пламя и мешать распространению пожара, а потом уж занялись бы поиском поджигателей». У всех на памяти еще был Великий пожар Лондона 1666 года, уничтоживший средневековый город. Уолпол разработал и представил парламенту план ликвидации долгов и дел Компании Южных морей. Это было поручено двум финансовым гигантам того времени – Банку Англии и Ост-Индской компании. Палата общин утвердила план Уолпола.

Наказание преступников

Однако «разгребание грязи» продолжалось в полную силу. В палату общин был внесен билль, предусматривавший запрещение покидать Англию директорам и высшим служащим компании. Они должны были декларировать все принадлежавшие им ценности, вплоть до движимого имущества; им запрещалось как-либо распоряжаться имуществом до завершения следствия. При обсуждении этого билля один из депутатов обвинил в корыстном пособничестве директорам секретаря казначейства (заместителя министра финансов) Джеймса Крэггса, который присутствовал на заседании.

Не менее бурно проходили заседания палаты лордов. Аристократы, всего несколько месяцев назад энергично занимавшиеся учредительством и спекуляциями, теперь гневно требовали кары для виновных в крахе. Здесь обвинения против высших правительственных чиновников зазвучали еще скандальнее. Вместе с тем же Крэггсом был обвинен в коррупции и злоупотреблениях канцлер казначейства (министр финансов) Эйлсби. Палата лордов решила немедленно начать расследование участия обоих в делах Компании Южных морей.

Лорды постановили также, что все брокеры, связанные с ценными бумагами компании, должны представить данные о том, какие акции они продавали и покупали по поручению любого чиновника казначейства или его доверенного лица. Когда такие данные были представлены, оказалось, что большое число акций попало в руки Эйлсби. Скандал был такой, что канцлеру пришлось подать в отставку.

В ходе расследования выяснилось, что несколько чиновников и членов парламента получили акции компании от её правления еще до того, как прошел закон о её привилегиях, и потому были корыстно заинтересованы в его принятии и в повышении курса акций. Далее подтвердилось, что в период самых высоких цен директора тайно продавали акции своей компании, что было признано «явным мошенничеством и нарушением доверия».

Дело принимало все более криминальный характер. Казначей компании, знавший все её опасные секреты, исчез из Лондона вместе с бухгалтерскими книгами и документами. Переодевшись в чужую одежду, он спустился на маленькой лодке по Темзе, в устье реки сел на специально нанятый корабль и оказался во французском порту Кале, откуда вскоре перебрался в Бельгию. Там он все же попал в руки властей и был помещен в тюрьму в Антверпене. Английское правительство потребовало от Австрии, которой тогда принадлежали эти земли, выдачи казначея, но дело затянулось. Пока шла переписка между Лондоном и Брюсселем, он бежал из тюрьмы, подкупив должностных лиц.

После исчезновения казначея почти все директора были арестованы. Те из них, которые одновременно являлись и членами парламента, были лишены юридической неприкосновенности.

Тем временем палата общин взялась за дело более основательно, создав для расследования специальный секретный комитет. Он вскрыл массу злоупотреблений. Комитет докладывал палате, что многие допрошенные им лица всеми силами запутывали дело, уклонялись от прямых ответов и препятствовали правосудию. В некоторых бухгалтерских книгах, предъявленных комитету, нашлись фиктивные записи, было отмечено поступление денег без указания имен плательщиков. В иных листы оказались вырванными, а ряд важных документов вовсе был уничтожен или бесследно исчез.

Тем не менее въедливые члены комитета установили, что до принятия закона о привилегиях компании её руководство фиктивно (без фактической оплаты) продало акции по низкой цене нескольким чиновникам и членам парламента. Если бы закон не прошел, эти люди ничего не потеряли бы. На деле же большой рост курса после принятия закона принес им огромные прибыли. Эти операции с полным основанием были признаны взятками. Размеры этих взяток оказались громадными – 250 тысяч фунтов.

Палата общин приказала напечатать отчет комитета и довести его таким образом до сведения публики. Она приняла резолюцию, которая требовала, чтобы директора компании и другие лица, незаконно обогатившиеся на её акциях, возместили из своей собственности «нанесенный народу ущерб». Был внесен билль, который определял, какие категории невинно пострадавших имели право на компенсацию. В итоге, директора компании, число которых достигало 33, были сурово наказаны. У них конфисковали в общей сложности более двух миллионов фунтов, причем каждому оставляли из его собственности долю, определявшуюся степенью вины и положением, которое он занимал в компании. Хуже всех пришлось Бланту – ему парламент оставил лишь пять тысяч из состояния, оцененного в 183 тысячи фунтов стерлингов.

Позже эти процедуры и решения подверглись резкой критике защитников прав человека в тогдашнем смысле слова: людей, в сущности, признавали виновными до суда; у них не было адвокатов и им не давали в полной мере защищать себя; все дела велись поспешно и пристрастно; порочен был сам принцип коллективной ответственности.

Но многие современники и историки признавали справедливость и полезность публичного парламентского расследования и наказания мошенников и взяточников, даже если при этом заодно пострадали невиновные. Печальный опыт с «мыльными пузырями» и Компанией Южных морей способствовал постепенной выработке законодательства и моральных норм, определяющих правила обращения с деньгами, которые люди доверяют банкирам и учредителям акционерных обществ.

Что касается судьбы самой компании и её акционеров, то хитроумный план Уолпола с привлечением Банка Англии и Ост-Индской компании в конце концов не сработал. Было решено распределить наличные активы и конфискованные у директоров деньги между акционерами; каждому досталось меньше 30 фунтов на стофунтовую акцию. Подобно тому, как Франция жила в XVIII веке воспоминаниями о крахе предприятий Джона Ло, в Англии все долго помнили расцвет «мыльных пузырей» и крах Компании Южных морей.

В 1710 г. в Англии вновь пришла к власти партия тори, и на пост канцлера казначейства (Chancellor of the Exchequer) был назначен ее видный деятель Роберт Гарлей. Финансы страны были расстроены войной с Францией, но тем не менее ближайшей задачей было изыскать 300 тыс. фунтов для следующего квартального перечисления армии герцога Мальборо, стоявшей в Европе. Направив аудиторов, Гарлей выявил ие только неразбериху в расходах, но и ряд скандальных трат, после чего в 1711 г. Палата общин составила комитет для специального расследования вопроса.

В этом же 1710 г. был принят устав акционерной компании с очень длинным названием "Компания купцов Великобритании по торговле с Южными морями и другими частями Америки и для рыбной ловли". В экономическую историю она вошла иод более коротким именем – "Компания Южных морей".

Компании предстояло консолидировать внутренний долг страны путем покупки его свидетельств на сумму 10 млн фунтов в обмен на свои акции. При этом доход по процентным бумагам правительства, перешедшим в активы компании, становился источником выплаты дивидендов акционерам. Ожидаемые прибыли от торговли с Южной Америкой рассматривались как дополнительный источник, наиболее привлекательный для рантье.

Эти ожидания упрочились в 1713 г., когда по Утрехтскому договору Англия добилась нрава ежегодно направлять в Южную Америку одно торговое судно и 4800 рабов.

В 1718 и 1719 гг. спекулятивная лихорадка, бушующая в Париже, перекинулась на Лондон. Впрочем, спекуляция в Англии набирала обороты и независимо от Франции.

На 1720 г. Компания Южных морей, планируя выкуп обязательств по внутреннему долгу на 1 750 000 фунтов, сократила процент, который правительство должно было заплатить, выплатив правительству и держателям облигаций премию и получив чистую прибыль в 72 000 фунтов.

В ходе обмена держатели государственных облигаций получали акции в количестве, позволявшем им сразу же реализовать их с премией. Операция прошла успешно, и компания предложила консолидировать тем же способом весь государственный долг. Банк Англии и Ост-Индская компания отказались задействовать свои средства в этой операции, и Компания Южных морей договорилась принять на себя основную часть государственного долга, обещая немалую премию в пользу правительства.

Для успешной реализации проекта акции Компании Южных морей должны были котироваться выше номинала в 100 фунтов. По началась спекулятивная лихорадка: уже 30 января 1720 г. акции стоили 129 фунтов, 18 марта -200 фунтов, 20 мая -415 фунтов, 15 июня -1000 фунтов, 24 июня -1050 фунтов.

Если во Франции спекулянты сконцентрировались на компании Ло, то в Англии рост курса охватил все компании. Так, если 1 января 1720 г. акции Ост-Индской компании продавались за 200 фунтов, то 24 июня уже за 440 фунтов. Почувствовав этот тренд, спекулянты занялись учредительством новых компаний, акции которых начинали расти. Покупатели часто могли купить акции за небольшой авансовый платеж.

Только за 7 июня 1720 г. была открыта подписка на акции 19 только что образованных новых компаний с суммарным капиталом более 50 млн фунтов. За период между сентябрем 1719 г. и сентябрем 1720 г. было учреждено 190 компаний-"пузырей" с целью реализации своих акций. Среди них: "Компания по страхованию будущего детей", "Товарищество волосяной торговли", "Компания для импорта материалов для швабр, щеток а также метловищ из Норвегии и Германии", "Компания для торговли акциями Компании Южных морей". Возможно, самым экзотическим было название "Компания для осуществления проекта, который будет обнародован когда-нибудь в будущем".

Почувствовав, что "мыльные пузыри" отвлекают капитал потенциальных покупателей ее акций, "Компания Южных морей" инициировала парламентское расследование. В результате был принят "антиаферный закон" (Bubble Act), запретивший продавать акции для открытой подписки до завершения государственной регистрации.

Хотя большое число объявленных вне закона компаний было аннулировано, многие все-таки успели оформить требуемые документы. Спекулятивный капитал сосредоточился на их акциях, и на протяжении июля их курсы продолжали расти. Примечательно, что спекулянты никак не отреагировали при этом на "обвал рынка" во Франции.

Увлекшись преследованием конкурентов за спекулятивный капитал, "Компания Южных морей" обвинила четыре компании, продолжавшие работать на фондовом рынке, в мошенничестве при регистрации эмиссий. Что оказалось хуже для нее самой, "Компания Южных морей" выиграла все эти иски, и в августе вместе с акциями конкурентов пошли "на дно" и курсы ее акций. 20 августа они котировались по 850 фунтов, 19 сентября – по 390 фунтов, 28 сентября – по 180 фунтов, а к декабрю их курс упал до 120 фунтов.

Эти события повлекли за собой смещение первого лорда казначейства, на место которого 3 апреля 1721 г. заступил представитель оппозиции, виг Роберт Уолпол (считается в английской историографии первым премьер-министром Великобритании, хотя этот термин стал входить в оборот лишь в 1870–1880 гг., при Бенджамине Дизраэли). Активный участник всех спекуляций, сам он вышел из них заблаговременно и с огромной прибылью, когда по совету своего банкира продал весь принадлежавший ему пакет акций "Компании Южных морей". В роли "кризисного управляющего" Уолпол спас около 60% капитала кредиторов правительства.

В отличие от "Королевского банка" во Франции, Английский банк не был обвинен в соучастии спекуляциям. Только на завершающем этапе Уолпол прокредитовал "Компанию Южных морей", чтобы "спасти" некоторые капиталы. Доверие к Английскому банку и его банкнотам в результате не упало, а скорее укрепилось.

Кроме того, был принят и до 1825 г. действовал Bubble Act закон, предотвращающий создание компаний, подобных "Компании Южных морей". Примечательно, что сама эта компания не была ликвидирована, оставшись своеобразным холдингом для ценных бумаг правительства.

Продолжаем наш экскурс в мир кризисов, финансовых пузырей, биржевых обвалов и экономических проблем. Совсем недавно мы рассуждали про Джона Лоу - шотландского финансиста, обаявшего Францию идеей бумажных денег. В затее Лоу, помимо выпуска денег посредством печатного станка, еще фигурировала «Восточная компания», которая выпускала акции и больше ничего не делала. Однако в деле создания финансового пузыря вокруг торговли с колониями Лоу был далеко не пионер. За четыре года до прибытия шотландца во Францию, на его родине появилась финансовая пирамида, которая сулила вкладчикам доход от торговли с заморскими колониями. Об этой пирамиде мы поговорим сегодня. Встречайте: «Компания Южных морей»!

Испанское наследство

Как и все финансовые пузыри в нашей серии, «Южные моря» были детищем своего времени. Эта финансовая пирамида не случилась бы без крупного европейского конфликта начала XVIII века - Войны за испанское наследство.

В XVII веке в Испании правила знаменитая королевская династия Габсбургов. У последнего испанского Габсбурга - Карла II - было очень слабое здоровье из-за частых близкородственных связей предков и не было детей. Чувствуя близкую смерть, Карл завещал свои владения Филиппу Анжуйскому - внуку Людовика XIV, которого мы знаем по «системе Джона Лоу». Когда король умер, Людовик уже был готов праздновать победу: в случае коронации внука, Испания практически переходила под его контроль.

Но династия Габсбургов обширна, и действующий император Священной Римской империи Леопольд I, тоже Габсбург, решает восстановить справедливость и идет войной на Людовика. В то же время монархи вспоминают старые, и не очень, обиды и претензии, да и агрессия «короля-солнца» в Нидерландах не добавляет ему союзников. В итоге в войну втянулись все: Франция, Испания, Мантуя и ряд немецких государств - с одной стороны и Австрия, Нидерланды, Англия, Португалия и ряд других немецких государств - с другой.

Война полыхает на континенте 13 лет, действия ведутся даже в американских колониях Франции и Англии. Итог кровопролитного конфликта был такой: Филипп Анжуйский остается испанским королем, но не передает свою власть наследнику, Австрия приобретает множество бывших испанских территорий, Франция остается практически в прежних границах. А что Англия? Англия тоже получает свой куш. Во-первых, она добивается от Франции обещания не поддерживать оппозицию и претендентов на английский престол. Во-вторых, англичане получают право торговли в испанских и португальских колониях. В-третьих, изматывающая война убирает из игры извечного морского конкурента Англии - Нидерланды. Но, помимо всех завоеваний, Англия приобретает еще и очень солидный государственный долг.

Меняю долг на «Южные моря»

Компанию «Южных морей», которая превратилась в скандальный финансовый пузырь, основал Роберт Харли - английский политик и канцлер казначейства. В Британии эта должность эквивалентна министру финансов. В отличие от биографии Лоу, жизнеописание Харли мало чем выделяется. Можно разве что припомнить его участие в Славной революции на стороне Вильгельма III, в остальном же: политика, карьера и продвижение наверх.

В основе компании «Южных морей» лежит простая идея: контора выкупает часть государственного долга, накопленного за годы войны, а в обмен получает 6%-ную ренту и уникальное право на торговлю с колониями Испании. Компания появилась в 1711 году, когда еще не кончилась война и судьбы испанских колоний были неясны, но Харли действовал на удачу - он был уверен, что война завершится благоприятно для Англии и необходимые права будут у него в кармане.

Однако с торговлей у компании все было не гладко: после заключенного мира с Испанией, англичане получают право торговать чернокожими рабами из Африки лишь только в пяти портах Южной Америки, причем в каждый может прийти не более одного корабля в год. Плюс ко всему испанцы собирают даже с этих крох огромные налоги. В общем и целом настоящим бизнесом компании «Южных морей» заниматься было тяжело.

Постепенно в обществе распространяются слухи о том, какие прибыли компания получает от торговли английскими товарами в Латинской Америке, но и они не могут подстегнуть цены на акции - котировки на бирже ведут себя тихо.

Помог случай. Мы даже знаем о нём: в 1719 году провалилась затея Джона Лоу, и колоссальный поток капитала вернулся из Франции в Англию, создав необходимую базу для раздувания пузыря. Вдобавок к этому в начале 1720 года английский парламент после долгих споров решается продать весь публичный государственный долг компании Харли , и акции наконец идут вверх.

Тем временем слухи и деньги из Франции подстегивают ажиотаж. За первые дни после решения парламента по госдолгу акции растут в цене на 176 фунтов. В апреле 1720 года компания выпускает миллион акций по цене 300 фунтов. Весь тираж разлетается, акции растут в цене.

Руководство компании только разогревает ажиотаж, объявляя, что всем подписчикам гарантированы 10%-ные дивиденды. И первое время они даже выплачиваются, но не за счет торговли в Новом свете, а благодаря новым инвесторам - классическая схема финансовой пирамиды.

К августу акции торговались на бирже по цене уже выше 1000 фунтов. Росту способствовал слух о том, что Испания открыла все латиноамериканские порты, и торговля процветает. На самом деле, с торговлей дела обстояли так же тяжело, как и до этого.

В начале 18 столетия 1711 году, лорд-казначей герцог Робертом Харли основал компанию Южных морей. Он планировал повторить манипуляцию людским доверием, которую годом раньше осуществил Джон Ло во Франции (имеется в виду Миссисипская компания), получив монополию на торговлю с Северной Америкой.

С той лишь только разницей, что компания Роберта Харли имела монополию на торговлю с портами южных морей. Особый интерес для предпринимателя составляли богатые колонии в Южной Америке. Взамен Компания Южных морей помогала Англии выплачивать государственный долг, возникший после войны с Испанией. Государственные обязательства держателей на сумму около 9 млн. фунтов стерлингов были обменены на акции Компании Южных морей, которая с тех пор стала кредитором государства. В это время международные финансы только получали свое развитие. В прессе то и дело возникали сообщения о сказочных дивидендах по акциям компании Южных морей, и люди поверили.

Искусственное завышение стоимости ценных бумаг

Но в 1718 году Англия и Испания снова начали войну. Это могло означать, что прибыльные перспективы находятся под угрозой. Хотя и в этой ситуации спекулянты обещали общественности невероятное процветание после завершения военных действий. Компания предлагала обменять весь государственный долг на свои акции по курсу 100-фунтовая акция за 125-130 фунтов, а каждая облигация государства имела номинал 100 фунтов.

Благодаря активному муссированию в прессе мысли о том, что парламентом непременно будет принят закон об обмене ценных бумаг на акции, последние смогли сильно вырасти в цене. И действительно, закон был быстро принят, подписан королем. Далее компания начала искусственно завышать цены на свои акции, объявила подписку на новую эмиссию. Теперь уже акция стоила 300 фунтов. Было собрано два миллиона фунтов, после чего последовал следующий выпуск. Акции подросли в цене еще на 100 фунтов. И снова популярность их была бешеной.

Падение: с 1000 до 100

Акционерами становились не только англичане, но и голландцы, все они своими вкладами постепенно раздували этот «пузырь». В конце концов, стоимость акций возросла до отметки 1000 фунтов. А это, по мнению экономистов, своего рода психологический барьер для инвесторов. У многих возникало ощущение, что акции достигли потолка. Все больше ходило слухов о том, что руководство компании и физические лица стали продавать ценные бумаги. Всего за несколько месяцев стоимость акций опустилась с 1000 до 100 фунтов. Банк Англии отказался выплачивать средства по соглашению. Так Компания Южных Морей была разрушена. Часть денег руководство все-таки выплатило акционерам: по 30 фунтов за 100-фунтовую акцию.

Возмездие

Парламент начал расследование, в ходе которого выявились случаи мошенничества директоров компании. А члены парламента были уличены во взяточничестве при принятии королевского акта об обмене ценных бумаг. В тюрьму отправились председатель правления South Sea Company и некоторые члены правительства, в том числе и министр финансов Джон Эйслеби.




Компания Южных морей была основана в 1711 году группой богатых купцов и банкиров и пользовалась протекцией Роберта Харли, лидера консерваторов При этом была использована финансовая схема: держатели государственных обязательств на сумму около 9 миллионов фунтов стерлингов получили в обмен на эти бумаги акции Компании Южных морей Компания стала крупнейшим кредитором государства, а его политика была теперь тесно связана с её интересами.


Ей было предоставлено монопольное право торговли с богатыми землями Южной и Центральной Америки The South Sea Company Важную статью бизнеса составляла работорговля – поставка африканских рабов в Америку Однако, у компании Южных морей не было реального бизнеса, поэтому ее акции не имели ценности, кроме той суммы, которую компания потратила на эмиссию


Она предлагала обменять практически весь государственный долг на свои акции по рыночному курсу ценных бумаг (100-фунтовая акция стоила 125–130 фунтов, а облигации государства оценивались по номиналу 100 фунтов) Правление компании объявило подписку на новую эмиссию – по 300 фунтов за акцию. И вместо 1 млн. фунтов, как планировало, собрало 2 млн






По завершению следствия палата общин начала судебный процесс над лицами, замешанными в махинациях с акциями Компании южных морей Первым перед судом предстал Чарльз Стэнхоуп, один из руководителей казначейства – его оправдали К тюремному заключению был приговорен председатель правления компании Блайт и некоторые сотрудники казначейства Также канцлер Эйлсби был признан виновным. Его заключили в Тауэр и конфисковали имущество для возмещения потерь рядовых акционеров


Результаты деятельности компании: Был принят и до 1825 г. действовал Bubble Act – закон, предотвращающий создание компаний, подобных "Компании Южных морей» Компания была окончательно распущена только в 1855 г. За 140 лет существования компании, ей так и не удалось добиться видимых результатов в торговли



 
Статьи по теме:
Методические рекомендации по определению инвестиционной стоимости земельных участков
Методики Методические рекомендации по определению инвестиционной стоимости земельных участков 1. Общие положения Настоящие методические рекомендации по определению инвестиционной стоимости земельных участков разработаны ЗАО «Квинто-Консалтинг» в рамках
Измерение валового регионального продукта
Как отмечалось выше, основным макроэкономическим показателем результатов функционирования экономики в статистике многих стран, а также международных организаций (ООН, ОЭСР, МВФ и др.), является ВВП. На микроуровне (предприятий и секторов) показателю ВВП с
Экономика грузии после распада ссср и ее развитие (кратко)
Особенности промышленности ГрузииПромышленность Грузии включает ряд отраслей обрабатывающей и добывающей промышленности.Замечание 1 На сегодняшний день большая часть грузинских промышленных предприятий или простаивают, или загружены лишь частично. В соо
Корректирующие коэффициенты енвд
К2 - корректирующий коэффициент. С его помощью корректируют различные факторы, которые влияют на базовую доходность от различных видов предпринимательской деятельности . Например, ассортимент товаров, сезонность, режим работы, величину доходов и т. п. Об